Роб 🐍

I think about this picture often

Золото

И так

Rien n’égale la cité administrative de Tulle dans l’esthétique stalinienne.

The production rate of J-20 stealth fighter has doubled in a "dark factory" in China. The process of making the body of the fighter is now completely automated with zero workers. Hence, the production line doesn't even require lights. The video showcases similar machines used:

Я долго молчала — не потому что мне нечего было сказать, а потому что считаю неправильным публично конфликтовать с людьми, которых я считаю союзниками. Люди сходятся и расходятся, обижаются, строят жизнь с нуля в эмиграции. Я прекрасно понимаю, насколько тяжела внутривидовая конкуренция. Но для меня все, кто делает хоть что-то в борьбе с этим режимом, — союзники. В прошлом году я уволила Ивана Жданова с должности директора. Это было исключительно моим решением, и оно далось мне непросто. К Леониду я обращалась лишь за советом — что мы можем предложить Ивану, чтобы не выгнать его на улицу без ничего, и как ему помочь. Леонид очень старался найти выход — думаю, представлял себя на его месте, к тому же, они близко дружили семьями. Марию я поставила в известность за два дня до решения. Переговоры оказались крайне тяжёлыми: Иван отказывался складывать с себя полномочия и выдвигал невыполнимые условия. Мы встречались несколько раз вдвоём. Позже, уже на встрече с Леонидом и Марией без меня, он назвал их предателями за то, что не встали на его сторону. Возможно, для вас это окажется сюрпризом, но Ивана просто сняли с должности, а не уволили из организации. Поэтому его недавнее интервью стало для меня настоящим шоком. Слова о том, что ФБК якобы отошел от принципа “не врать и не воровать”, меня поразили. Во-первых, это ложь, во-вторых, если бы это было правдой, то именно Иван, директор, должен был бы нести за это полную ответственность. Директор знает обо всём и отвечает за всё. Впрочем, он может не беспокоиться: аудит мы провели — уже без него. Всё в порядке. Иван никогда не был “внутренним критиком” ФБК. Если начистоту, то он критиковал и спорил гораздо меньше, чем остальные. Когда я впервые сообщила Ивану о своём решении, передо мной лежал блокнот, исписанный на нескольких листах конкретными претензиями: от полной потери интереса к работе в пользу своих личных проектов до игнорирования моих поручений и решений руководства. Мне было очевидно, что ему безразлично, что происходит в организации, где он работает директором. Я не могу не признать некоторых его заслуг — поиски Алексея во время его этапирования в Харп, организация похорон — это делал Иван. Однако в целом я считала его слабым руководителем, поэтому приняла решение отстранить его от должности. Мне очень жаль, что мне всё же пришлось высказаться об этом публично, но это нужно было сделать. Других комментариев я давать не буду. Ивану я желаю всего хорошего — и, главное, справиться со своей непомерной обидой на всех.