Triops

No se porque los llaman fachas? 🤮🤮🤮🤮

Me dijeron que no se podía hacer esto, pero aquí estamos en Venecia.

"Рассмотрим славян": на хакатоне в 2019 году мы выгрузили базу данных ЦИАН по аренде квартир в Москве и искали в ней корреляцию между расистскими комментариями арендодателями и стоимостью квартиры. Гипотеза подтвердилась: чем дороже квартира на рынке, тем реже в ее описании есть прямые указания на этнические ограничения для съемщиков. Дисконт "славянину" составлял в тот момент 10 тысяч рублей. Расизм в России остается одной из реальных "скреп", чем уверенно пользуются власти. Они вводят ограничения для трудовых мигрантов, которые обкатываются на них, чтобы потом распространяться на остальных жителей страны. Так, например, в московском регионе с 2025 года работает система цифровой слежки за мигрантами при помощи специального приложения на телефоне. Ее планируют распространить на всю страну и заставить их при въезде покупать телефоны для предустановки шпионского ПО. Макс - это просто большая версия той же идеи в упаковке "цифрового суверенитета" и для всех. До Второй мировой войны быть расистом было нормально, это был common sense той эпохи, столкнувшейся с первыми шоками глобализации, колониализмом и логикой национального государства, активно эксплуатирующей идею чужака как угрозы. Под эту идею подводилась "научная база" в многочисленных трудах. Третий Рейх сильно испортил "научным расистам" настроение, и в течение многих десятилетий солидаризоваться с ними было как-то некомфортно. Поскольку, как учил ранний Пелевин, обстановка исторического времени бывает послевоенной и предвоенной, а переход между ними осуществляется вышестоящим командованием, сейчас выводы Второй мировой войны забываются, и расистом снова быть приятно при соблюдении некоторых условий. Главное из них - деление людей на нелегальных и легальных, и утверждение, что мы, легальные люди, несем комфорт, честный труд и европейские ценности; в то время как нелегалы - это закат Европы (США) и их допустимо считать чем-то вроде насекомых. Гигантское число русскоязычных географов - экспертов по испанским эксклавам в Африке высказались в последние дни в таком ключе. Их главный тезис в том, что нет ни малейшей связи между нами, высококвалифицированными специалистами, приехавшими платить налоги, и исламским нашествием в Сеуте. Вероятно, среди высказавшихся на этот счет есть и люди, успевшие получить, например, гуманитарную немецкую визу после 2022 года, и с тех пор сидящие по объективным причинам на пособии. Даже странствия российских граждан по странам Центральной Азии, в попытках выбраться из взбесившейся родины, кажется, ничему не научили. Прямо писать, что преимущество русскоязычных мигрантов в ЕС заключается в том, что они белые, все еще немного стыдно, но говорить про исламизацию и агрессивную природу той страшной миграции в отличие от нашей, когда нам очень было нужно, уже разрешили Трамп, Маск, AfD и другие уважаемые лица. Я думаю, что в бегстве через Верхний Ларс и заплыве в Сеуту нет структурной разницы. В обоих случаях речь шла об отчаянной попытке улучшить свою жизнь в ситуации, когда ты счел, что другого шанса не будет. Если бы из Петербурга можно было проплыть по теплому морю несколько сотен метров до Финляндии, сцена была бы идентичной - с погибшими. Мужчины, не желающие служить в российской армии, все эти годы шли балканскими тропами сдаваться в ЕС, потому что плыть было некуда.

Yapay zeka bunu hep yapay :)

Trump is helping Bessent keep oil prices in check. We all know about Bessent's opportunistic short positions during illiquid market hours. But Trump is playing his part as well.... The latest TACO came just as oil was surging into the close. Meanwhile, hedge funds had been adding bullish oil positions at the fastest pace since March... Trump just fucked them He is increasing oil price volatility to such a degree that no one dares stay long oil anymore. In modern portfolio management, volatility = risk. By making oil the most volatile trade in the market, he is making it increasingly uninvestable. Oil will be down hard when markets open.