Андрей Андресюк

Я падал, а слышимые мной звуки были осколками не принадлежащих мне воспоминаний и мук.

Эй, Иг, нам крупно повезло.

Райерсон знал в какую.

А не ее ли это шанс — из той породы, что подворачиваются раз в жизни?

Я словно смотрел на перемешанные останки бойни.

Тот удлинил бы ствол ещё сантиметров на десять как минимум.

Ну а то, что мне грустно… Убивает сознание, что я тебя теряю… Ну так это клеточная память.

Что-то я сомневаюсь, что ты меня перепутал с кем-то, известным терпеливостью.

Я отшатнулся на шаг.

Первое: это сразу поднимет ее рейтинг, личные трагедии всегда добавляют несколько тысяч голосов.

Не все из нас последовали за Хорусом, но виноваты все мы.

В центре начали переворачивать и класть на пол столы, чтоб хоть немного ослабить давку.

Лишенный солнца мир все-таки не сгорел в бессмысленной и бесполезной ярости примарха.

Допплер улыбнулся, поправил шапочку цвета сливы с эгреткой, подтянул ремень лютни, закинутой за спину.

Это, наверное, тяжелее всего — подписаться за другого.

За это лето я многое про себя узнала, многое, что изменило мое отношение к Игу.

И ты едешь и выполняешь?

А то я сразу вспоминаю, что я старая и толстая.

И что только вы находите в этих городах, Дуду… и ты, Ляшарель?

Сначала это проявлялось в знании, о чем скажут люди еще до того, как те начинали говорить.